АРМЯНСТВО АЗЕРБАЙДЖАНА

Posted By admin On Понедельник, Июль 23rd, 2012 With 0 Comments

АРМЯНСТВО АЗЕРБАЙДЖАНА 

Армяне на Восточном Закавказье проживали издревле, задолго до проникновения в регион турок. Их вклад в экономическую, культурную и политическую историю региона общеизвестен. Известно, например, что они способствовали продвижению России на юг в надежде на то, что Армения перестанет быть театром военных действий двух региональных держав –  Османской империи и Шахской Персии. Россия в свою очередь обещала на основе армянских карабахских меликств (княжетв) «возобновить независимую армянскую государственность» и в русле своих обещаний, в 1828 г. образовала Армянскую область. Но вскоре империя выработала новый курс в национальной политике Закавказья, основанный на идее его деиранизации. Армянская область была упразднена, а исповедавшие шиизм народы были «собраны» под общей крышей “мусульмане”. Вместо первоначально введенного в оборот маркера “персияне” появился  тандем понятий «мусульмане – христиане». Но вскоре была осознана опрометчивость и этого понятийного “дуета”. В высших имперских кругах вычислили, что такое размежевание представляет опасность для  быстро пополняющейся русской христианской общины, которая в случае конфликтов,  неизбежных с точки зрения имперских технологий правления, будет вовлечена в них.  Так на востоке Закавказья появилась обеспечивающая нейтральность русских линия этнической демаркации: «мусульмане – армяне». Но фрагментация этой картины не завершилась на этом. В политике отдаления мусульманской массы от персидского влияния империя нуждалась в опоре. Выяснилось, что в местной полиэтнической конгломерации только турки подходят для такой роли. Империя безошибочно усмотрела в них потенциального оппонента персов в будущих региональных процессах.  Местных турок она именовала кавказскими татарами и предоставила им всевозможные привилегии,  оставив остальных исповедующих ислам этнических общин в безымянной массе мусульман. В последней четверти XIX века доля кавказских татар в общей массе мусульман стала быстро расти за счет переселенцев (названных  в России   отходниками) из Персии, которые проникали в регион в связи с развитием здесь промышленности, остро нуждавшейся в рабочей силе.

В основном тюркоязычных, но разношерстных по этническому происхождению переселенцев имперские делопроизводители относили к кавказским татарам,  образовав их них этнически безликую статистическую общность. Хотя линия размежевания “армяне – мусульмане” продолжала оставаться ключевым в официальном описании этнополитического портрета Восточного Закавказья, постепенно давала о себе знать параллельная, более конфликтогенная линия “армяне — кавказские татары”. Разные с точки зрения языка, культуры, истории и вероисповедания общины армян и кавказских татар оказались политически разнонаправленными факторами региона. Армяне заняли ключевые позиции в индустриальном Апшероне. В отличие от кавказских татар, в основном пополнивших ряды чернорабочих, они составляли большую часть квалифицированных  работников — техников, инженеров, экономистов, врачей и других (требующих подготовки) профессий и оказались  в авангарде общественных движений за социальную и национальную справедливость. Безграмотные в своем подавляющем большинстве кавказские татары легко стали объектом манипуляций для властей, которые в 1905-1907 годах провоцировали армяно-татарские столкновения, чтобы руками татар наказать армян за их  революционную, антимонархическую политическую активность. Грабежи, погромы для кавказских татар не стали закваской их этнизации.  Они и после 1905-1907 годов остались лишенной общей этнической идентичности массой. Показательно, что конфликт разразился как именно армяно-татарский, факт, отражавший  нейтральность  других исповедующих ислам народов в нем. Агрессивность проявила именно этнически безликая толпа  кавказских татар.

Конфликт 1905-1907 гг. подвел черту этнических и демографических процессов второй половины 19-ого столетия, выявив основных сторон — армян и кавказских татар — в будущих схватках вокруг государственного устройства Восточного Закавказья. Новый раунд их спора возобновился в 1917 г. в ходе хаоса распада империи разразившегося после большевистский революции.   В Баку вслед за Петроградом и Москвой власть перешла к советам. Две  главные общины армяне и кавказские татары – по разному относились к новому общественному строю. Зараженные бациллой пантюркизма кавказские татары в своем большинстве были против советизации края и активно выступали за его отделение от России. Армяне напротив, стали национальной опорой новой власти. И это не потому, что их не устраивал капитализм, в условиях которого община процветала. В этот переломный момент истории, зная, что советизация повлечет за собой потерю накопленного богатства и собственности, армяне были вынуждены делать выбор не между социализмом и капитализмом,  а между Россией и геноцидной Турцией. Поддерживаемая ими Бакинская коммуна во главе видного коммуниста Степана Шаумяна неоднократно объявляли Закавказье неотъемлемой частью Советской России. Но история распорядилась по-другому.

Под самый конец мировой войны, весной 1918 года, Турция при поддержке Германии предприняла вооруженную интервенцию в Закавказье. Она преследовала две главные цели – осуществить геноцид армян за пределами самой Турции и передать власть в Баку местным кавказским татарам. Провозгласившая  28 мая независимость Республика Армения в сражениях под Сардарапатом и Баш-Апараном сорвала план турок по ликвидации новорожденной республики. Но турки получили возможность продвигаться на восток, к Баку. После ожесточенных боев 15 сентября 1918 года город пал, куда на турецких штыках вступило правительство провозглашенной 27 мая Азербайджанской Демократической Республики (АДР). Это был первый докипрский опыт Турции по созданию новых турецких государств за пределами своих границ. Предъявившие ультиматум о сдаче города Бакинскому армянскому совету турки после взятия города учинили резню более 30 тысяч армян.

Учрежденная турецкими регулярными войсками АДР из-за незаконных территориальных притязаний не была принята в Лигу наций и без признанных или фактически установленных границ покинула историю, когда 28 апреля XI красная армия Советской России вошла в Баку и учредила Азербайджанскую Советскую Социалистическую Республику (АзССР).

Даже после тяжелых потерь армянство Восточного Закавказья не перестало быть политически значимым фактором края, чего не могли обойти ни Москва, ни кавказские большевики, обратившиеся в Центр с предложением образовать АзССР как не национальную, вненациональную, интернациональную советскую республику. Известно, что сразу после советизации все документы о новой государственности были приняты и декларированы на трех языках – тюркском, армянском и русском.

Факт не национального характера АзССР нашел отражение и в относящихся к Нагорному Карабаху документах. «Исходя из необходимости национального мира  между мусульманами и армянами…” – с такой фразой, фиксировавшей этот основополагаюший принцип формирования АзСССР и политическую мотивацию отчуждения Нагорного Карабаха от Советской Армении в пользу АзССР, начинается  постановление Кавказского бюро российской коммунистической партии (большевиков) от 5 июля 1921 года.  Этот же принцип зафиксирован в Декрете об образовании Автономной области Нагорного Карабаха (АОНК) от 7 июля 1923 года, в котором цель советской власти в АзССР объявлена установление “единого государственного союза” населяющих республику двух основных общин — армян и мусульман. В первые годы советской власти практически во всех политико-правовых документах о национально-государственном устройстве АзССР постоянно фигурировал тандем понятий “мусульмане-армяне”, чем и признавался статус армянства АзССР как  одного из учредителей интернациональной республики. Языком сношения с Автономной областью Нагорного Карабаха декретом Азербайджанского Центрального Исполнительного Комитета (АзЦИК) от 31 июля 1923 года «О национализации государственных учреждений в АзССР» был объявлен армянский. В русле “языкового равенства” народов республики декрет  обязал  государственные учреждения «давать ответы и разъяснения» гражданам всех национальностей  на том языке, ” на котором подана бумага”, т.е. на котором они обращаются в госучреждения. Флаг второго автономного образования — Нахичеванской автономной республики – носил название республики на двух языках – на тюркском и армянском.

Атрибуты нации-учредителя АзССР у армянства Восточного Закавказья сохранились и после того, как был задействован сталинский проект слияния всех исповедующих ислам народов АзССР в новую азербайджанскую нацию. Коренные народы постепенно «исчезали» из этнической карты республики (в действительности они были загнаны в своеобразное национальное подполье) и вскоре вместо статистической общности кавказские татары появилась новая химерная общность – азербайджанцы: Вопреки сталинскому замыслу процесс азербайджанизации АзССР обрел акценты ползучей туркизации мусульманского населения. Этнополитический портрет приобрел новую конфигурацию: не национальная, интернациональная республика уже в шестидесятых годах стала республикой двух коренных общин – азербайджанцев и армян. Если азербайджанизация для коренных народов оборачивалась в их насильственную ассимиляцию, то для армян она протекала в самых различных формах вытеснения их из республики. Уже к концу 60-десятых годов  они были практически вытеснены из Нахичевани. Армянское население как в автономной области, так и особенно за ее пределами (только в Баку проживало почти четверть миллиона армян) подвергалась дискриминации и притеснениям.

После провозглашения Горбачевым курса перестройки и гласности, надеясь на демократическое решение вопроса, в феврале 1988 года областной Совет народных депутатов НКАО поднял вопрос о воссоединении области с Советской Арменией. На политическую просьбу карабахцев Баку ответил сумгаитской резней. Далее последовали погромы и акты массового насилия по всей республике. Усмотрев в демократическом, освободительном Карабахском движении опасность для советской империи, политическое руководство СССР не предприняло ничего для предотвращения геноцида армянского населения Восточного Закавказья.

Образ возобновившегося в 1988 году этнополитического конфликта  в бывшей АзССР в корне не соответствует его сути во многих отношениях. Руководствуясь принципом “не погружаться в историю”, посредники, тем не менее, исходят из ставших уже историей реалий 1988 года, не рассматривая, ни факт  распада СССР, ни породившие конфликт события начала XX века.  Эта избирательность оставляет за бортом рассмотрения не только исторические, но и признанные международным сообществом правовые и политические факты, в том числе непосредственно относящиеся к конфликту действующие договора и соглашения. К этому привел  подход Запада, решивший в постсоветском пространстве признать новые суверенные государства  в границах бывших советских союзных республик. Это решение и стало  фильтром, не допустившим включения в процесс урегулирования конфликта фактов, представляющих его подлинную суть. Именно так из переговорного процесса и из самого образа конфликта была  вытеснена основная жертва конфликта – армянство Восточного Закавказья.

Изгнанные из мест своего исторического проживания армяне Восточного Закавказья до сих пор не получили ни политической, ни материальной, ни моральной компенсации.  В 1992 году Запад, до этого поддержавший  Карабахское движение, закрыл глаза перед этим фактом, игнорировал как легитимность образования НКР, так и отказ от правопреемства АзССР Азербайджанской Республикой и признал последнюю в пределах геноцидной АзССР, фактически спровоцировав карабахскую войну. Этот подход  и стал причиной вытеснения из образа конфликта армянства Восточного Закавказья – одного из учредителя Советского Азербайджана. Еревану и Степанакерту предстоит напряженная работа, чтобы в Минском процессе урегулирования конфликта интересы армянства Восточного Закавказья были представлены.

   АЗЕРБАЙДЖАНЦЫ

“Азербайджанцы” — термин, введенный в оборот в тридцатых годах XX века в качестве этнонима для будущей нации, которую по идее Сталина предполагалось создать в Азербайджанской Советской Социалистической Республике (АзССР) в качестве титульной нации этой советской республики. Последняя в двадцатых годах была образована как не национальная, интернациональная республика нового типа, не имевшей титульной нации.

В адресованном Центру письме закавказских большевиков от 10 июня 1920 года, под которым подписался  и тогдашний лидер кавказских татар  Нариман Нариманов, для АзССР употребляется более характерное понятие — «вненациональное»[i].

Проект создания не национальной (вненациональной, интернациональной) советской республики, исходил из исторически сложившегося факта полиэтничности  края, где  никогда не было доминирующего этноса, способного основывать национальное государство под своим титулом. Название образованной здесь в V веке марзпанства Албания (марзпанство - территориально-административная единица Персии: ред) также не было связано с названием конкретного этноса. Для созданных в последующие века той же Персией региональных образований предпочтение отдавалось географическим названиям: Куба, Шаки, Ширван, Карабах…  Исключение составлялo, пожалуй, Талышское ханство.

В XIX столетии с  обстоятельством этнической многоликости края  пришлось считаться и Российской империи, когда в результате русско-персидских войн Закавказье оказалось в ее пределах. Известно, что этнополитический портрет Восточного Закавказья в начале русского правления было фиксировано парой понятий «мусульмане-христиане», что в дальнейшем было заменено тандемом понятий «мусульмане-армяне» — названиями  двух основных общин края – мусульман и армян. Это «переименование» в своей основе имело политическую мотивацию: империя тем самым обеспечила нейтральность прибывающих в регион  русских в будущих конфликтах, неизбежных с точки зрения технологий имперского правления таким сложным краем, каким оказалось Восточное Закавказье. В случае сохранения  для этнополитического портрета края маркера «мусульмане-христиане» русские, как христиане, были бы вовлечены в конфликты. Новый маркер явно был алогичным. Заявленные, и тем самым «признанные как хозяева края», общины названы по разным основаниям: армяне — по национальному признаку, а другая сторона – по религиозному.  Считалось, что  такое размежевание верно отражает действительное состояние  вещей. Армяне – община края, давно обретшая национальную идентичность, в то время как о национальной идентичности мусульман не приходилось говорить в  виду отсутствия таковой. «Первые камеральные описания «податного» населения  Баку вынудили исполнителей переписи определить какую-либо «идентичность» местных «туземцев». Они предпочли этноним  — «персияне», а чуть позже «татары»… В новейшей истории Азербайджана первоначальные поиски идентичности не были фактом национального самосознания, а были вызваны запросами имперского делопроизводства”[ii].

Практически сразу же после приобретения края империя стала проводить политику культурного, экономического его отдаления от Персии. Логика проводимой политики, которая в научной литературе характеризуется как политика деиранизации, требовала выбора в среде мусульманской общины этнической группы как опоры проводимой политики. Оказалось, что такой опорой могли быть только проникшие в регион на волнах татаро-монгольских племен турки в виду их вражды с персами. Окрестив их  кавказскими татарами, империя наделяла их всевозможными привилегиями. Именно так немногочисленная  община турок стала проводником имперской  национальной политики на востоке Закавказья. Однако после упразднения крепостного права в регионе происходили не предусмотренные в этом проекте процессы. Начавшаяся с нефтеносного Апшерона  индустриализация края вызвала прилив рабочей силы из той же Персии. В России переселенцев назвали отходниками. В последней четверти XIX века их приток резко усилился, превысив рубеж 25-30 тыс. ежегодно официально регистрированных, не учитывая массу незаконно перешедших границу и осевших в промышленном Апшероне и в сельскохозяйственных районах разношерстной по этническим корням массы (азари, турки, персы, курды и т.д.).  Для этой в основном тюркоязычной армии переселенцев доминантным признаком общности был шиизм. О национальной идентичности не  могло быть и речи. Российская же администрация в русле проводимой политики деиранизации эту огромную массу переселенцев причислила к кавказским татарам, не встретив какого-либо сопротивления в силу формальности для них этой процедуры и фактического отсутствия осознанной ими национальной идентичности. Сознание того, что они оказались в привилегированной части мусульман края, должно было прийти спустя некоторое время[iii]. Хотя и медленно, но формирование привилегированной «статистической общности» кавказских татар стало началом туркизации этой массы (именно туркизации, а не тюркизации). Имперская политика деиранизации вопреки первоначальным ее целям трансформировалась в политику туркизации мусульманского населения Восточного Закавказья. Уже к концу XIX века эта искусственно образованная, этнически разношерстная общность с названием кавказские татары стала доминировать в мусульманской общине края. В консолидации этой общности определенную роль могли сыграть армяно-татарские столкновения, спровоцированные царской охранкой для наказание армянства Восточного Закавказья, политически наиболее сознательной и активной части населения, носителя идей социальной и национальной справедливости. Однако антиармянская истерия, захват имущества и погромы для разношерстной массы кавказских татар не стали и не могли стать духовно-культурной закваской формирования национальной идентичности.

Так или иначе, к концу XIX века кавказские татары и армяне стали политически  самыми значимыми общинами Восточного Закавказья, главными сторонами в спорах вокруг национально-государственного устройства края. В армяно-татарских столкновениях 1905-1907 годов формально нейтральные имперские службы были на стороне кавказских татар именно потому, что последние, как полагали в высших политических кругах империи, в отличие от армян не были сформировавшейся нацией и, следовательно, в отличие от армян не могли претендовать на национальное государство. Разумеется, регион вступил в XX столетия без феноменов “Азербайджан”, “азербайджанцы”, “азербайджанский народ”..

Смутные годы Первой мировой и развала Российской империи  стали годами нового поворота в этнополитических процессах востока Закавказья. После Геноцида армян турки приступили к уничтожению армян за пределами Османской империи. Оторванным от центрально-азиатской прародины туркам теперь Кавказская  Армения[iv] мешала реализации плана Турана. В 1918 году при поддержке Германии турки вторглись в пределы Восточной Армении. Интервенция преследовала цель создания нового турецкого государства на юге Кавказа  путем истребления армян региона. Интервенция началась  в первый же день провозглашения Республики Армения — 28 мая 1928 года. В сражениях под Сардарапатом и Баш Апараном армяне сорвали  планы турок по захвату и уничтожению новообразованной Республики Армения. Но им не удалось преградить путь интервентов к Баку, где еще в ноябре 1917 г. власть перешла к Советам. Основной национальной опорой советской власти в Баку стали армяне, которые опасались отрыва Закавказья от России как раз в виду нависшей над регионом опасности вторжения геноцидной Турции. Бакинский Совет, возглавляемый Степаном Шаумяном, неоднократно провозглашал Восточное Закавказье нераздельной частью Советской России. Но силы были неравные. 15 сентября 1918 года турецкие регулярные войска после ожесточенных боев захватили Баку и передали власть кавказским татарам. После взятия Баку турки учинили резню более 30 тысячи армян в самом городе. Цель оставалась прежней –  истребление армянства как главного оппонента в реализации плана построения Турана.

Мировая война завершилась поражением Германии, и ее союзница Турция была вынуждена вывести войска из Восточного Закавказья. Несмотря на крах, туркам удалось учредить на востоке Закавказья новое турецкое государство – Азербайджанскую Демократическую Республику (АДР), предъявившую территориальные  притязания ко всем соседним государствам. Именно в 1918 году название северо-восточной провинции Азербайджан было  приватизировано и “прикреплено” к Восточному Закавказью. В политических процессах понятие “Азербайджан” стало циркулировать как название созданного турками и покинувшего 28 апреля 1920 г. историческую сцену государства, ушедшего в небытие без фактически установленных или международно-признанных границ (Лига наций ответила отказом АДР в ее де-юре признании). Но и тогда понятия “азербайджанец”, “азербайджанский народ” не употреблялись ввиду отсутствия предмета их обозначения.

После советизации многонационального края армянская община Восточного Закавказья, несмотря на потери, оставалась самым значительным после кавказских татар фактором в определении политико-национального облика провозглашенной Азербайджанской Советской Социалистической Республики (АзССР). Кроме армян и пока что разношерстной общины кавказских татар на востоке Закавказья к моменту установления советской власти проживали десятки исповедующих ислам коренные народности – лезгины, талыши, аварцы, курды, персы и т.д. Особую общину составляли таты, большая часть которых последователи иудейской религии (были также таты-христиане и таты-мусульмане). В многонациональном Восточном Закавказье создавать национальную республику с титульной нацией оказалось невозможным. Выход был найден, и он заключался в том, что АзССР была образована как не национальная  (вненациональная) советская государственность без титульной нации. Во всех документах 20-ых годов, относящихся к национально-государственному устройству АзССР, формулировка «мусульмане-армяне» фигурировала как основной «этнополитический маркер» для АзССР.

Но уже в двадцатых годах было осознано, что для атеистической империи линия межнационального размежевания с указанием на религиозную принадлежность, политически и идеологически неприемлемо.  С другой стороны  в русле той же национальной политики в числе неотложных проблем оказалась задача раздробления «мусульманской уммы» среднеазиатского Туркестана, где предстояло формировать новые титульные для “своих республик” социалистические нации. Такую же задачу предстояло решить во вненациональной АзССР. В двадцатых годах этот план нациестрительства в СССР стартовал в виде политики коренизации -  подготовки и выдвижения на первые должности в этих республиках представителей «коренных народов».  Проект по созданию новых социалистических наций оказался под личным контролем нового лидера СССР Сталина (“отца народов”, как нарекли его в последующие годы), хорошо осведомленного в национальных вопросах Закавказья и понимающего, что политика Российской империи по деиранизации Восточного Закавказья  вылилась в туркизацию края. Большевистский проект конструирования новых наций в АзССР на практические рельсы был поставлен в начале тридцатых годов. Идея заключалась в том, чтобы “сплавить” исповедующие ислам народы и народности в новую социалистическую нацию. Если при прежней политики талыши, таты, лезгины, курды и другие национальности края под общей “крышей” мусульмане   сохранили свою национальную идентичность, то теперь все они вместе с массой кавказских татар должны были стать сырьем для формирования новой этнической общности. Имя нового народа – азербайджанцы — было приспособлено к названию самой республики, которая этим механическим актом должна была приобрести статус титульной нации. Азербайджанская ССР из вненациональной, не национальной республики согласно замыслу «отца народов» должна была стать национальной республикой и перестать быть исключением среди других, созданных по национальному признаку, республик. Политическая нацеленность этого проекта, которая по понятным причинам не афишировалась, состояла в создании из местной этноконгломерации равноудаленной от турецкой и персидской идентичности нации. По идее нетюркская составляющая этого “плавильного котла” должна была остановить процесс ползучей туркизации разношерстной кавказско-татарской массы. В перспективе эта лишенная этнической определенности  гибридная масса  и должна была стать новой, очищенной от татской, талышской, курдской, лезгинской, персидской, турецкой идентичности нацией, которую можно было легко противопоставить как туркам, так и персам. Таков был заложенный в основе проекта замысел. Трудность, с которой сталкивался проект, была связана с определением истории и культурного наследства  вышедшей из «азербайджанского этномиксера» квазинации. Опять-таки лично Сталину принадлежит  решение вопроса[v]. До того не существующему азербайджанскому народу разрешили присвоить историю и культурное наследие всех тех народов, из «материала» которых стали конструировать азербайджанскую нацию. Так объявлялись азербайджанскими поэтами   классики средневековой персидской поэзии Низами, Физули, Хагани. Откровенный  грабеж  истории и культуры народов региона не только разрешался и поощрялся, но и официально поддерживался в том числе и в формах административно принуждения. Вплоть до пятидесятых годов за учебу на родном языке представители коренных народов были облажены особым налогом, известным в народе как “лезги пулу”. Процесс создания нового народа в АзССР на поверхности принял форму азербайджанизации исповедующих ислам коренных народов. В недрах же эта политика протекала через исковерканные судьбы сотни тысяч подвергнутых “прогрессивной” ассимиляции людей. Однако  вопреки замыслу “отца народов” этот процесс уже в тридцатых годах изменил вектор. После того как во главе компартии Азербайджана встал Мир Джафар Багиров, ряды местной партийной и административной номенклатуры  пополнялись исключительно турками-азербайджанцами или послушными им кадрами. Есть мнение, что в этом деле Багирова покровительствовал Берия. Обоих судили в 1954 году, но уже тогда было ясно, что за три десятилетия его правления под лозунгами “пролетарского интернационализма” и “ленинской дружбы народов”,  проводилась политика туркизации многонационального края. После смерти Сталина Москва все-таки не отказалась от проекта азербайджанизации исповедующих ислам народов АзССР. Между тем определенные внутренние силы продолжали использовать его как покров для туркизации многоэтничного мусульманского населения АзССР.

К моменту распада СССР политика азербайджанизации республики была слишком далека от завершения, чтобы говорить о формировании новой нации. У жителей  постсоветского Азербайджана с азербайджанским паспортом разные представления и субъективные ощущения относительно своей этнической идентичности.

Есть жители республики, считающиеся себя азербайджанцами. Представителям этой группы не интересна национальная принадлежность своих отцов и дедов. Они, фигурально говоря, “выпустники”  этнополитической школы азербайджанизации, осознающие себя в качестве новой этнической общности. Многие из них “выходцы” из смешанных браков. В спорах о национальной идентичности они ратуют за продолжение слияния всех “азербайджанцев” в единую азербайджанскую нацию. Идея активно пропагандируется в образовательных учреждениях. Издаются “научные труды” по истории “азербайджанского народа”, создаются произведения искусства, поддерживающие идею азербайджанизма.

Далее. Есть “азербайджанцы”, которые отлично знают, что являются турками  и осведомлены  о сути большевистской политики азербайджанизации. Эта часть населения больше всех ратует за сближение с турками и Турцией. Вне всякого сомнения они больше всех представлены в властных структурах. В “теоретических” спорах защищают турецкую ориентацию и расчитывают на то, что азербайджанцы (т.е. те, которые считают себя новым этносом и не отождествляют себя с турками)  постепенно будут обращены в турки.   В дискуссиях вокруг национальной идентичности они пропагандируют идеи туркизма и постепенного стирания различий между турками и азербайджанцами. При этом особо акцентируется сближение “двух народов” в сфере внешней политики. Формула “ Бир миллет — ики довлет, ” (“Один народ —  два государства”), выдвинутой Гейдаром Алиевым, была призвана активному внедрению идеи туркизма в массовом сознании и внешней политики.

Другую группу “азербайджанцев” составляют представители коренных народов, которым в советский период выдали паспорта с надписью “азербайджанец”  в графе о национальности. Это ушедшие в свое время в национальное подполье лезгины, талыши, курды, таты, аварцы, персы и другие национальности Восточного Закавказья, которые вопреки принуждениям и гонениям сохранили свой национальный облик и ныне борются за легализацию своей этнической самости[vi]. Большие надежды они связывают  демократизацией республики. Их взоры обращены на великие державы, на Европу и Россию. Самые смелые вышли из этого подполья, что уже нашло отражение в постсоветских переписях населения. Возможно, это самая большая группа населения из выделенных выше групп.

Наконец, есть “азербайджанцы”, которые искренне не разбираются в том, что выдал “миксер азербайджанизации” и признаются в этом. Чаще всего они  отделываются двусмысленной формулой: “Я перс по культуре и вероисповеданию, но турок по языку”. Они не скрывают, что сталинский проект этнизации после распада СССР оказалась в тупике и  что многие “азербайджанцы”, переживающие кризис идентичности, в который раз вдались в поиски  своего национального «Я»[vii]. Вот как изнутри описывается этот постсоветский этнораспад: «Казалось бы, окончательно найденная идентичность (этноним, лингвоним) вдруг на глазах начала раскалываться на региональные составляющие и по демаркации «тюрки» — «не тюрки»»[viii]. Часто проводящаяся параллель между  проектами азербайджанизации  и построения “советского народа как новой исторической общности”, верно отражает содержательную сторону сложившейся в Азербайджанской Республике ситуации.

        Во всех этих трех группах взгляды на будущее “азербайджанской нации” в корне различаются, и это обстоятельство подтверждает часто встречающаяся мысль о том, что в недрах этнонациональных реалий Азербайджанской Республики запрограммирован будущий взрыв.  Крах проекта “советского народа”, боязнь перед перспективой большой этнополитической войны активизировали политических лидеров, активистов и идеологов групп населения различных этноориентаций. Представители первых двух групп, хотя и по разному видят “будущее нации”, но ведут активную деятельность по консолидации “азербайджанцев” вокруг некоторых политических идей, ведущее место среди которых занимают идеи ненависти к не туркам и внедрение в общественное сознание мифа об общем для населяющих Восточное Закавказье народов враге (это не только армяне, но и персы и русские).

Особенно активно вмешивается в протекающие на востоке Закавказья этнопроцессы Турция, насаждающая в широких массах идеи туркизма. Из северного соседа России поступают мессиджи о том, что для нее выгодно иметь тюркский и шиитский Азербайджан. Тегеран дает знать, что он продолжает рассматривать азербайджанцев как части иранского культурного и этнического мира. В этих условиях труднее всего приходится коренным народам, ставшими мишенями разнородных ассимиляторских проектов.   Их нарастающая активность по выходу из национального подполья, в которое они были загнаны в советские годы, дает основания для прогноза скорого восстановления многонационального облика Восточного Закавказья и такого политического устройства региона, которое обеспечил бы свободное возвращение к своим корням  и самости тем, кому прикрепили ложный ярлык “азербайджанец”.

Главный вывод, на который наводят постсоветские этнополитические и демографические реалии на востоке Закавказья, заключается в следующем:  “азербайджанцы” являются не этнической, а статистической общностью, каковой в свое время была общность кавказских татар.



[i] «К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР, 1918-1925. Документы и материалы». Баку, 1989 г., стр. 56.

[ii]  Азербайджан и Россия: общества и государства. М., 2001, стр.266-267.

[iii]  См. об этом более подробно: Тадеуш Свентоховский. Русское правление, модернизаторские элиты и становление национальной идентичности в Азербайджане //  Азербайджан и Россия: Общества и государства. М., 2001. Стр. 11-49:  Ева-Мария Аух. Между приспособлением и самоутверждением. Ранний этап поисков национальной идентичности в среде мусульманской интеллигенции и возникновение нового общества на юго-восточном Кавказе (1875-1905 гг.)  // Азербайджан и Россия: Общества и государства.

[iv] Кавакзская Армения — часть Армянского нагорья, которая по политическим мотивам одновременна была отнесена к географическому региону Кавказ. След политики на имевшие место “географические трансформации” в частности явно обнаруживается в том, что южная граница Кавказа “совмещена” с границей бывшего  Советского Союза. Применение  “двойных географических стандартов” еще в начале 19 столетия проявилось в образование Армянской области на территориях, которые В России считали одновременно и Восточной Арменией и Закавказьем.

[v]  О подробностях см.:   Арис Казинян. Полигон «Азербайджан». Ереван, 2011

[vi] О процессах легализации азербайджанизированных коренных народов см.: Расим Мусабеков. Становление независимости азерБайджанского государства и этнические меньшинства // Азербайджан и Россия: Общества и государства. М., 2001.стр.  337-362.

[vii] Об этом подробно см.: Тамара Варданян. Азербайджанцы история одного незаконченного этнопроекта. Историко-этнологический очерк. М.,2012.

[viii] Рахман Бадалов. Баку: город и страна // Азербайджан и Россия: общества и государства. М., 2001, стр.274.

 

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ СОВЕТСКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА (АзССР). Азербайджанская Советская Социалистическая Республика (АзССР) была провозглашена 28 апреля 1920 г., после того как XI Красная Армия Советской России вступила в Баку, свергла поставленное турками у власти правительство Азербайджанской Демократической Республики (АДР) и «от имени восставших трудящихся»  провозгласила Советскую власть в Азербайджане. АзССР не стала правопреемницей АДР. Как и ушедшая из истории без наследника АДР, ее провозглашение не было результатом акта самоопределения. Она была «учреждена» армией другой страны (Советской России) и «была задумана» как  не национальная социалистическая республика (в дальнейшем эта характеристика была заменена другим, взятом из коммунистического лексикона термином “интернациональная”). В 1923 году в составе АзССР во исполнение постановления Кавбюро РКП(б) от 5 июля 1923 г. Ревкомом Азербайджана была декретирована Автономная Область Нагорного Карабаха (АОНК).  До тридцатых годов АзССР не имела титульной нации и в этом качестве она была исключением в ряду союзных республик СССР. Титульная нация у республики появилась после того как Сталин выдвинул проект создания “азербайджанской нации”. Идея заключалась в сколачивании из исповедующих ислам народов Восточного Закавказья новой общности людей под этнонимом “азербайджанцы”.   АзССР прекратила свое существование в августе 1991 г., когда провозгласившая независимость нынешняя Азербайджанская Республика отвергла правопреемство АзССР и восстановила учрежденной турецкой армией государственность АДР. Это отречение от правопреемства АзССР юридически было оформлено в декларации “О восстановлении государственной независимости Азербайджанской Республики” (30 августа 1991 г.) и “Конституционном акте о государственной независимости Азербайджанской Республики” (18 октября 1991 г.). Нынешняя Азербайджанская Республика  преемница учрежденной Турцией и существовавшей с 28 мая 1918 года по 28 апреля 1922 года АДР. Во второй статье “Конституционного акта…” дана правовая оценка советизации АзССР как оккупации Азербайджана Советской Россией.   Отказ нынешней Азербайджанской Республикой политико-правового наследия АзССР означал, что в 1991 году АзССР ушла в небытие без  правопреемника со всеми вытекающими отсюда юридическими последствиями. Точно так встает вопрос о юридических последствиях восстановления государственности Азербайджанской Демократической Республики 1918-1920 годов, получившей отказ в членстве Лиги Наций и покинувшей историю без признанных или фактически установленных границ.

P.S. В “Конституционном акте о государственной независимости Азербайджанской Республики”  название Азербайджанской Демократической Республики изменено.  Азербайджанская Демократическая Республика post factum была переименована в “Азербайджанскую Республику”.  Якобы  нынешняя Азербайджанская Республика восстанавлила существовавшей в 1918-1920 годах государственность с таким же названием. Но государства с названием “Азербайджанская Республика” никогда не было. На такую “редакцию” в Баку видимо пошли для визуальной убедительности преемства.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА  (АДР) 1918-1920 гг. АДР была провозглашена 28  мая 1918г.  В качестве названия для впервые появившегося на карте государства было выбрано название северо-западной провинции Ирана – «Азербайджан» (в античных греческих источниках – Атропатена, в армянских –Атрпатакан). Идея создания на востоке Закавказья нового турецкого государства исходила из Турции, проводившей в начале ХХ века неприкрытую  политику геноцида армян. АДР не появилась бы на карте региона, если не  предпринятое Турцией вооруженное вмешательство в спор армян и кавказских татар вокруг национально-государственного устройства Восточного Закавказья.  Турецкие регулярные войска, предав огню сотни армянских деревень,  в сентябре1918г. захватили Баку, свергли законно избранную власть и  учинив резню более 30 тысяч армян, передали город правительству  «самопровозглашенной»  АДР.  Вооруженным вмешательством Турция в 1918г. реализовала выношенный ею же проект создания нового турецкого государства в Закавказье. Турция “учредила” Азербайджанскую Демократическую Республику вопреки воли населяющих Восточное Закавказье коренных народов.  В силу указанных обстоятельств появление АДР на политической карте региона не может считаться легитимным. АДР  1918-1920 годов не “продукт” самоопределения народов края, а навязанная им извне государственность. Азербайджанская Демократическая Республика – первый  опыт создания новых турецких государств путем интервенции и истребления нетюркских народов в начале двадцатого века (оккупация северных территорий Республики Кипр и провозглашение там Турецкой Республики Северного Кипра стал повторением этого эксперимента во второй половине века). С подачи Турции в 1919 году АДР без всяких обоснований представила в Лигу Наций  притязания на обширные  территории Закавказья (от Баку до Батуми).  Лига Наций  отклонила заявку АДР о приеме в эту организацию, с указанием на  неимение АДР стабильного правительства и ее неспособности осуществлять политико-административный контроль на большей части требуемых территорий. АДР в 1918-1920гг. не имела международно-признанных или фактически установленных границ. Турецкие войска «учредили»  это государство,  а ХI  Красная Армия 28  апреля 1920г. упразднила его.  Так и не получив де-юре признание и не успев  обрести “свои” границы,  АДР покинула историческую сцену, не оставив после себя ни правопреемника, ни правового наследия.  В 1991 году нынешняя Азербайджанская Республика провозгласила себя правопреемницей именно этого учрежденного Турцией государства.

Литература к теме

Байков Б. Воспоминания о революции в Закавказье (1917-1920 гг.) // Архив русской революции. – М., 1991.

Денстервил Л. Британский империализм в Баку и Персии 1917-1918 гг. Воспоминания. – Тифлис, 1925.

Деникин А.И. Очерки русской смуты. М., 1991.

Волхонский М.,Муханов Б. По следам Азербайджанской Республики. М.,2007.

АЗЕРБАЙДЖАН — историческое название северо-западной провинции Ирана, которое вопреки протестам Ирана было присвоено мусаватистами (лидерами кавказских татар — лишенной этнической определенности общности мусульман Восточного Закавказья) в качестве названия впервые провозглашенной государственности. Как в 1918-1920 гг. так и после установления советской власти в Баку (апрель 1920 г.) понятие «Азербайджан» не имело географического смысла применительно к востоку Закавказья, так как оно было введено в качестве названия государственного образования. Восточное Закавказье до этого никогда не называлось Азербайджаном. В то же время во всех документах двадцатых годов понятие «Карабах» (как и понятие «Нагорный Карабах») понималось как географически (территориально) отличное от «Азербайджана» п0нятие.  Под Карабахом (т.е. историческим Арцахом) понималось восточное междуречье Куры и Аракса. Горная часть Карабаха в последствии и было названо Нагорным Карабахом. Географическое различие понятий «Карабах», «Нагорный Карабах», с одной стороны, и «Азербайджан», «АзССР» , с другой, получило свое адекватное отражение в Постановлении Кавбюро РКП(б) по Нагорному Карабаху от 5 июля 1921 г.

АВТОНОМНАЯ ОБЛАСТЬ НАГОРНОГО КАРАБАХА (АОНК)/ НАГОРНО-КАРАБАХСКАЯ АВТОНОМНАЯ ОБЛАСТЬ (НКАО). Разные названия армянской автономной области, образованной по Постановлению Кавбюро РКП(б) от 5 июля 1921г. Первое название – АОНК – соответствует Постановлению Кавбюро о включение “в пределы” АзССР всего Нагорного Карабаха и создании здеаь автономной области с широкими правами. Второе название – НКАО – отражает нарушение Постановления Кавбюро и образование армянской автономной области лишь на части включенных в пределы АзССР территорий. Кавбюро РКП(б) 5 июля 1921г. постановило: “Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР, предоставив ему широкую областную автономию…”. Принятый 7 июня 1923г. Декрет Азербайджанского Центрального Исполнительного Комитета (АзЦИК) «Об образовании Автономной области Нагорного Карабаха» в нарушение Постановления Кавбюро решил: “Образовать из армянской части Нагорного Карабаха автономную область…”. Так вне области были оставлены южные (Кубатлу, Зангелан, Физули, Джабраил), западные (Лачин, Кельбаджар), центральные (Ханлар, Шаумян) и северные (Кархат/Дашкесан, Гетабек, Шамкор) районы Нагорного Карабаха, хотя во многих районах в момент принятия Декрета АзЦИК-а армяне составляли большинство населения. Автономная область Нагорного Карабаха” (АОНК) была переименована в Нагорно-Карабахскую автономную область (НКАО) в 1936 году.

Оставить комментарий

XHTML: Вы можете использовать следуюшие html тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>